«Театр помогает жить»: Валерия Федорович и Тимур Еремеев о «Федоте-стрельце»

В Московском театре комедии сыграли «Сказ про Федота-стрельца» по произведению Леонида Филатова. Сразу после спектакля исполнители главных ролей Валерия Федорович и Тимур Еремеев поговорили о том, как актёры выходят из образов, слышат реакцию зала и понимают, каким получился вечер.

‹›

В постановке Олега Ильина царские прихоти оборачиваются испытаниями для простого человека. Правитель, увлечённый женой Федота, отправляет стрельца выполнять одно невозможное поручение за другим. За сказочным сюжетом остаются узнаваемые темы — любовь, алчность, власть и противостояние добра и зла.

«Никогда не угадаешь, когда будет хороший спектакль»

По словам Валерии Федорович, после спектакля ей требуется время, чтобы перестать быть Марусей. Еремеев шутит, что дело в разной степени погружения в роль, однако сама актриса признаётся: результат каждого вечера невозможно предсказать заранее.

«Бывают спектакли, после которых я очень расстраиваюсь: кажется, что всё прошло не так. А бывает наоборот», — говорит Федорович. Еремеев оценивает завершившийся спектакль на четыре балла из пяти, тогда как его партнёрша, называющая себя перфекционистом, уверена, что постановка могла быть лучше.

Реакция зрителей при этом не всегда выражается в смехе или аплодисментах. Еремеев отмечает, что со сцены хорошо чувствуется общая вовлечённость зала: иногда публика подключается только в середине спектакля, а иногда остаётся отстранённой до конца. Бывает и так, что зрители начинают поддерживать актёров ещё до первой по-настоящему смешной сцены.

Филатовский текст и живой спектакль

Главным аргументом в пользу участия в постановке для обоих актёров стал текст Леонида Филатова. Еремеев называет поэта одним из самых недооценённых и сравнивает его манеру с Гоголем, написанным в стихах. Федорович считает, что «Федот-стрелец» остаётся невероятно современным благодаря таланту автора.

Знакомая история продолжает работать и для взрослых, и для молодых зрителей, потому что опирается на универсальную сказочную основу. В спектакле есть добро и зло, любовь и жадность, испытания и надежда на справедливый финал. Кроме того, постановка со временем меняется: в ней появляются новые слова, мизансцены и ситуации, а спектакль постепенно обрастает собственными сценическими деталями.

Некоторые зрители знают филатовские реплики почти наизусть и произносят их раньше актёров. Для артистов это не мешает представлению, а становится ещё одним признаком известности произведения и особой связи постановки с залом.

Дети в зрительном зале

На этом спектакле присутствовали дети актёров. Сын Федорович Герман видел постановку уже около пяти-шести раз, а её младший сын Савва впервые громко назвал маму с балкона сразу после её выхода на сцену. Теперь присутствие детей воспринимается актрисой спокойнее, хотя смех Германа она по-прежнему слышит во время спектакля.

Дочь Еремеева также однажды стала участницей сценического эпизода: когда исполнительница роли Бабы-яги произнесла реплику, девочка оказалась единственным ребёнком, который засмеялся. Актриса повернулась к ней и передразнила её смех, и этот момент дочь запомнила. При этом Еремеев признаётся, что присутствие близких в зале всегда вызывает особое волнение.

Театр как возможность переключиться

Федорович рассказала, что перед спектаклем вернулась со съёмок третьей части фильма «Пальма» во Владивостоке. Из-за разницы во времени актриса испытывала джетлаг: организм продолжал жить по дальневосточному расписанию, и просыпаться приходилось среди ночи или ранним утром.

Несмотря на усталость, театр позволяет переключиться на другую реальность. Федорович считает, что во время спектакля зритель на два часа может забыть о повседневных проблемах и получить энергию, чтобы справляться с жизнью. Еремеев надеется, что после «Федота» публика уходит с добрым настроением и ощущением, что добро всё-таки побеждает зло.

«Театр никогда не умрёт, потому что это живое, это живые эмоции», — говорит Федорович. Еремеев добавляет: театр помогает жить, поэтому зрителям стоит приходить на спектакли, даже если одна и та же история уже знакома им наизусть.