«Росатом» выкупил 51% группы компаний «Дело» за 77 млрд рублей

«Росатом» выкупил у предпринимателя Сергея Шишкарева 51% группы компаний «Дело». Стоимость доли составила 77 млрд рублей. Об этом сообщил генеральный директор госкорпорации Алексей Лихачев.

После сделки «Росатом» начинает окончательную консолидацию своих логистических активов. В единый контур планируют объединить ГК «Дело», FESCO и другие транспортные компании, входящие в структуру госкорпорации.

Единая логистическая структура

Будущая компания будет работать сразу в нескольких сегментах: морских, железнодорожных и автомобильных перевозках, портовой деятельности, экспедировании и других логистических сервисах. По словам Лихачева, целью объединения станет создание крупнейшей национальной компании в сфере логистики.

Среди стратегических задач руководитель «Росатома» назвал укрепление транспортного суверенитета России, обеспечение устойчивых международных перевозок, а также развитие Северного морского пути и Трансарктического транспортного коридора.

Консолидация, как считает Лихачев, позволит устранить дублирование инвестиций и сэкономить до 100 млрд рублей в течение десяти лет. Сейчас на логистические активы «Росатома» приходится около 50% российского рынка контейнерной перевалки и 44% железнодорожных контейнерных перевозок.

Позиция Сергея Шишкарева

Сергей Шишкарев сообщил, что после выхода из капитала «Дела» сосредоточится на проектах, связанных с обеспечением транспортного суверенитета, поддержкой гандбола, адаптивного спорта и демографическими инициативами.

Он отметил, что группа, несмотря на сложный период, сохраняет статус лидера отрасли, располагает уникальным набором активов и профессиональной командой. Шишкарев выразил надежду, что под управлением «Росатома» это наследие будет сохранено и развито.

О решении выкупить долю партнера Лихачев сообщал 6 июля, описав сделку как «русскую рулетку». До ее завершения «Росатому» принадлежали 49% ГК «Дело», а Шишкареву — 51%. 26 июня предприниматель заявлял, что не будет выкупать долю госкорпорации. Он объяснял это макроэкономической ситуацией и рыночной конъюнктурой, которые, по его словам, не позволяли согласовать условия сделки, обеспечивающие устойчивое будущее группы.